Каких языков не существует: разбираемся с географией и лингвистикой

Вы когда-нибудь слышали фразу «я учу бразильский язык» или «перевести на канадский»? Звучит немного странно, правда? И не зря. Потому что таких языков просто не существует в природе. Но почему тогда люди продолжают их упоминать, и на каких же языках на самом деле разговаривают в этих странах?

Почему мы придумываем несуществующие языки

Человеческий мозг любит простые схемы. Страна — значит, свой язык. Франция — французский, Германия — немецкий, Китай — китайский. Логично и понятно. Вот только реальность намного интереснее этих простых формул.

Часто название языка совпадает с названием страны или народа. Но бывает и наоборот: огромные государства говорят на языках соседей, бывших колонизаторов или просто на том, что исторически сложилось. И тут начинается путаница.

Бразильский — самый популярный «фантомный» язык

Начнем с чемпиона по заблуждениям. Многие искренне считают, что в Бразилии говорят на бразильском языке. Логика железная: страна Бразилия, значит, и язык бразильский. Но нет.

На каком языке говорят в Бразилии? На португальском. Причем это единственная португалоязычная страна во всей Латинской Америке. Вокруг — сплошной испанский, а Бразилия держится особняком благодаря своей колониальной истории.

Да, бразильский вариант португальского сильно отличается от европейского. Настолько, что португальцы из Лиссабона и бразильцы из Рио иногда с трудом понимают друг друга. Произношение мягче, певучее, плюс масса заимствований из языков коренных народов тупи-гуарани и африканских диалектов. Но это все равно португальский, просто со своим характером.

Канадский язык — еще одна иллюзия

Канада — страна двуязычная на официальном уровне. Там говорят на английском и французском. Никакого канадского языка нет и никогда не было.

Примерно 75% населения использует английский как основной. Но это не британский вариант, а североамериканский, очень близкий к американскому. Французский распространен в основном в Квебеке, и квебекский французский — это вообще отдельная история. Парижане морщатся от него так же, как британцы от австралийского сленга.

Есть еще языки коренных народов — инуктитут, кри, оджибве. В некоторых северных территориях они имеют официальный статус. Но общенационального «канадского» языка так и не появилось.

Американский — язык или диалект?

Технически американцы говорят на английском. Но попробуйте сказать это жителю Техаса или Нью-Йорка — получите порцию возмущения. Американский английский настолько обособился, что лингвисты спорят: это уже отдельный язык или все еще вариант британского?

Разница не только в акценте. Орфография, лексика, даже грамматика отличаются. «Color» вместо «colour», «apartment» вместо «flat», «fall» вместо «autumn». Американцы упростили язык, сделали его более прямолинейным. Но официально это все еще English, просто American English.

Австралийский, мексиканский и другие фантомы

В Австралии говорят на английском. В Мексике — на испанском. В Аргентине — тоже на испанском, хотя с таким специфичным акцентом, что его называют риоплатским диалектом. В Новой Зеландии — английский с маорийскими вкраплениями.

Каждая из этих стран развила свою уникальную версию языка метрополии. Со своим сленгом, произношением, культурным кодом. Но де-юре это варианты больших международных языков, а не самостоятельные языковые системы.

Когда диалект становится языком

Тут начинается философия. Есть старая шутка лингвистов: «Язык — это диалект с армией и флотом». То есть политическое решение часто важнее лингвистических критериев.

Сербский и хорватский языки взаимопонятны на 95%, но это два разных официальных языка. Потому что две разные страны, две идентичности. А китайский — это целая группа диалектов, часть которых различается сильнее, чем испанский и итальянский. Но политически это один язык.

Так что когда кто-то говорит «бразильский язык» — это не совсем ошибка. Это упрощение сложной реальности, где языки живут, меняются, отдаляются друг от друга. Возможно, через пару веков бразильский португальский действительно станет отдельным языком. Но пока что это все еще португальский. Просто очень бразильский.